Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

с листиком

Право голоса

Однажды в гости к заместителю главного редактора журнала «РБК» Алексею Яблокову приехал старый приятель – журналист Сергей Борисович Пархоменко. Яблоков обрадовался: сбегал на рынок, купил парной телятины, и теперь, после трапезы, друзья сидели в креслах, потягивали марочный коньяк и слушали до слез пробирающую «Рио-Риту».

- Что, Леха, забурел? – усмехнулся Сергей Борисович. – Можешь даже не рассказывать, как журналисты живут, сам вижу. Телятину покупаешь! Искусство по стенам! Граммофон завел. Ба! А это что?
Пархоменко встал и подошел к огромной золоченой клетке, висевшей в углу комнаты. Там, среди игрушечных домиков и деревьев, бродили два ярких волнистых попугая.
- Ну ты даешь! – присвистнул Пархоменко. – Да какие красивые! Ни хуя себе оперение!

- Нравятся? – обрадовался Яблоков. – Костя умеет кланяться, видишь? А Кларочка у нас разговаривает. Да, Кларочка? Ну-ка скажи что-нибудь дяде Сереже. Скажи: «дис-сер-нет», ну?
Птица забавно склонила голову и нараспев повторила слово.
- Слыхал? – в восторге обернулся Яблоков к Сергею Борисовичу. Тот, нахмурив брови, глядел в пол.

- Погоди, это что ж выходит? – медленно сказал он. – Значит, она не сама говорит, а только повторяет другие голоса? Имитирует, что ли? И ты считаешь, это нормально?
Яблоков вытаращил глаза.
- Сережа, ты что? Это же попугай. Он по-другому не умеет. Он так устроен: слышит и повторяет, слышит и по…
- Вообще-то в природе устоялись простые и ясные правила, - начал Сергей Борисович, - каждое существо обязано доказать свое право голоса. Еж сопит, собака лает, человек разговаривает, птица поет. А это – что? Это слепое подражание, имитация сущности, подмена смысла. И давай не будем делать вид, что это настоящая птица. Настоящая птица поет!
- Да как же, - совсем растерялся Яблоков, - вон у ней крылья, лапки, клювик… Есть же какая-то презумпция, в конце концов…

- Ерунду несешь, - отрезал Пархоменко, - нет в природе никакой презумпции! А вот ты сейчас выказываешь простейшее забвение базовых принципов.
- Ну блядь, я клянусь тебе, понимаешь? Жизнью клянусь, что это птица! – волнуясь, говорил Яблоков. - Подохнуть мне на месте, если это не птица! Вон энциклопедия Брема стоит, сам посмотри!
- Знаем мы, как пишутся книги, - отмахнулся Сергей Борисович. – Вот такие, как эти попугаи, их и пишут…
- А почему, собственно, ты говоришь со мной в таком тоне? - побагровел Яблоков. – Кто дал тебе право…

- Я! Я сам дал себе такое право, молодой человек! А вы можете меня не слушать, да-с! Слушайте своих попугаев! Станцуйте на моих костях и живите дальше, как учили! Тьфу на вас! И на вашу телятину – тьфу!
Сергей Борисович накинул пальто, неловкими руками зашнуровал ботинки и выбежал за дверь. Яблоков некоторое время стоял молча, потом подошел к клетке и аккуратно накрыл ее большим черным платком. 
   
с листиком

Кроссовочеги на кросавчеге

Однажды главный редактор журнала Men's Health Алексей Яблоков шел по набережной. Стояло лето. Над головой главного редактора весело переговаривались дрозды и, как молоком облитые, тихо шумели зеленые сады.
Вдруг Алексей Яблоков вздрогнул и остановился. По набережной, навстречу ему неторопливо шагал Великий Артист Олег Евгеньевич Меньшиков. Великий Артист был одет в розовую рубашку, черные джинсы, черный кожаный плащ и очень красивые черные кроссовки с красными полосками и белыми шнурками.

"Кроссовочег! - восторженно подумал главный редактор Men's Health - Бля, вот бы и мне такой..."

Поравнявшись с Алексеем Яблоковым, Великий Артист мягко улыбнулся и прошел мимо, обдав главного редактора едва уловимым запахом очень дорогих духов. Алексей Яблоков постоял некоторое время неподвижно, широко раздувая ноздри и пытаясь не упустить дивное благоухание. Потом вдруг, словно подброшенный каким-то внутренним ураганом, он сорвался с места и помчался вслед за Великим Артистом.

- Простите! Простите!! Простите!!! - во все горло закричал главный редактор журнала Men's Health - Не могли бы вы...
Великий Артист Олег Евгеньевич Меньшиков остановился и по-доброму посмотрел на Алексея Яблокова.

- У меня нет ручки, к сожалению, - сказал Олег Евгеньевич своим неповторимым баритоном, - и бумажки тоже нет.
- Да нет! - выкрикнул главный редактор, - не автограф! Кроссовки вот у вас... обувь то есть... это какая фирма? Ну, бренд какой?!

Птицы умолкли в ветвях.
- Да "Гуччи" же, господи! - с досадой ответил Великий Артист и слегка поклонился.
- Спасибо, у меня все, - ответил ему в тон главный редактор журнала Men's Health, и, повернувшись, зашагал прочь.
с листиком

К воробьям

Однажды выпускающий редактор журнала Men-s Health опоздал на работу. Войдя в редакцию, он немедленно направил свои стопы к кабинету главного редактора, Алексея Яблокова. Выпускающий осторожно приоткрыл дверь и заглянул в образовавшуюся щелку.

Главный редактор журнала Men's Health Алексей Яблоков сидел в своем кресле, весь облитый лучами солнца, а перед ним на столе стояли три резиновых воробья.
- Птицы! - наставительно говорил главный редактор, не обращая внимания на выпускающего. - Птицы! Покайтесь в своих грехах публично!
Выпускающий вздохнул с облегчением и бочком побежал к своему столу.
- Наш-то... сегодня того... в духе. Даже не заметил, что я опоздал, - с удовлетворением объяснил он ассистентке редакции, потрогав ее за сдобное плечо.

Но к его удивлению, девица не поддержала разговор, дернула плечом и выпятила подбородок в сторону стола выпускающего. Тот с удивлением проследил за подбородком ассистентки и обнаружил на полированной столешнице статью об оральном сексе, которую главный редактор Men's Health Алексей Яблоков еще позавчера велел "дополнить и переработать заново, ибо сие есть хуйня несоразмерная заданной теме и, в сущности, ересь и ахинея" - примерно так выразился главный редактор в краткой докладной записке.

Выпускающий сел за стол, взял в руки листы, вяло их пролистал и внезапно онемел.
Прямо на последней странице он обнаружил от руки нарисованный мужской профиль с гигантским хохлом и усами, с глазом en face и лучеобразными ресницами. Под профилем рукою главного редактора журнала Men-s Health Алексея Яблокова было написано:

"Сию рукопись читал
и Содержанiе оной не одобрилъ
Петр Зудотешинъ
М М М М
Милостивый Государь
Петр Зудотешинъ
Милостивый Государь мой".

Выпускающий с трудом подавил вопль. Из кабинета главного редактора тем временем понеслись будоражащие и томительные звуки. Алексей Яблоков исполнял "Воробьиную ораторию" надтреснутым тенорком.