Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

с листиком

Огни цирка

Однажды ИП Алексей Яблоков позвонил медиаменеджеру Демьяну Борисовичу Кудрявцеву.
- Привет! – недовольным голосом откликнулся Демьян Борисович. – Давай побыстрее, а то у нас тут банкет, сам понимаешь…
- Да я на минутку, - заторопился Яблоков. – Я просто знаешь что хотел сказать? Я хотел сказать, что я… что ты… в общем, Дема, ты – великий человек. Вот что.
- Что? – недоуменно переспросил Кудрявцев.

- Да-да! – горячась, заговорил ИП. – Тебя вот все клюют, ругают, мол, себе на уме и все такое… А я всегда знал, что ты охуенный. Есть у тебя вот этот дар предвидения, понимаешь? Он ведь далеко не каждому достается. Это от Бога, мне кажется. Ты умеешь увлечь людей, понять, чего они хотят. Ты все правильно делаешь, Демьян… и я, честное слово, преклоняюсь перед тобой. Правда.
На том конце провода воцарилось молчание, потом Яблоков вдруг услышал что-то, похожее на всхлип.
- Ты что, плачешь? – осторожно спросил он.
- Да нет… - пробормотал Демьян Борисович осипшим голосом, - так, в глаз что-то попало… Спасибо, Леша. От всего сердца – спасибо. Слушай! – вдохновенно продолжал он. – Хочешь, я и тебе что-нибудь куплю? А?

Яблоков на секунду задумался.
- Купи мне цирк, - попросил он. – Можешь?
- Говно вопрос! – рассмеялся Кудрявцев. – Тебе какой – на Вернадского или на Цветном?
- На Вернадского… Он большой, круглый. Нет, правда купишь?
- Да господи! – воскликнул медиаменеджер. – Прямо завтра и куплю. Утром туда подходи, к сектору «Ж». Ты как – сам управлять будешь или назначишь кого-нибудь?
- Я бы назначил, да, - смущенно проговорил Яблоков. – Кенгуру, например.

Кудрявцев помолчал.
- Знаешь, - проговорил он, - кенгуру нехорошо. У него сумка, он скачет. Ну на хуй, подумают, что он уносит что-то… Мол, мы на коррупцию намекаем. Зачем?
- Ну зебру?
- Дружок, ну какая зебра, - слегка раздражился Демьян Борисович. – Полосы эти – какое-то сплошное метание… Обвинят еще в мрачных настроениях… Сам же понимаешь, время такое…
Яблоков вздохнул.
-  Что, и моржа нельзя?
- Сам ты морж! – окончательно рассердился Кудрявцев. – Ты клыки его видел вообще? Оскал, бля, как у американца! Мы че, хотим, чтобы наш цирк всем зубы показывал? Ты вообще головой думай…
- Сам говорил – «говно вопрос»! – Яблоков тоже разозлился. – Выходит, что никого нельзя?
- Ну почему никого? Просто надо подумать…
- Мышь годится? – предложил Яблоков.
- Нашел, до кого доебаться… Слушай, я думал, у тебя серьезный подход…
- Пошел ты на хуй! – громко сказал Яблоков и повесил трубку. – Морж ему не нравится! Кенгуру, бля… На хуй, и все!  

 
с листиком

К вопросу о супе

Однажды главный редактор журнала Men's Health Алексей Яблоков полулежал в своей московской квартире на большом кожаном диване. У стола, перед компьютером, мрачно подпирая рукой голову, сидела его жена.

- Что ж ты, пупочка, остановилась? - ласково спросил главный редактор.
- Ты ж молчишь, как ирод, - огрызнулась жена, - что дальше-то писать?

Яблоков подумал.

- Хм... А ты помнишь, как мы с тобой познакомились? - спросил он.
- Нет, - лаконично ответила жена.

- Вот и хорошо! - воскликнул Яблоков. - И я не помню. Пиши: "Мы познакомились с Алексеем Евгеньевичем на Воробьевых горах, возле большого трамплина... Было лето, вокруг шумели деревья и пели птицы. Алексей Евгеньевич был тогда неимоверно кудряв, статен и все время рассказывал неприличные анекдоты."

Жена вздохнула.

- Что-то не так? - забеспокоился главный редактор Men's Health.
- Я просто вспомнила, как мы с тобой познакомились на самом деле. И каким ты был на самом деле. Тогда. И какой ты сейчас - тоже вспомнила.

- Кого это волнует! - сказал Яблоков и поудобнее устроился на диване. - Кого вообще интересует эта идиотская, заурядная действительность. Люди любят детали, краски. Пиши: "Помню, как приготовила Алексею Евгеньевичу свой первый фасолевый суп. Спросила: как ему? Он помолчал, потом сказал: "Жидковато". Это "жидковато" я запомнила на всю жизнь. Такая обида! Ходила за фасолью на рынок, отстояла очередь за специями... а он..."

Жена уронила голову на клавиатуру и тихо заплакала.
с листиком

День святаго Валентина

Однажды главный редактор журнала Men's Health Алексей Яблоков одиноко сидел за кухонным столом.
В окне угрюмо колыхалась зимняя ночь. Кухня главного редактора слабо освещалась старинной фарфоровой лампой с изображением испуганной курицы и возбужденного петуха. Картинку на фарфоровой лампе венчала латинская надпись "Noli me tangere, gallus!"

На столе перед главным редактором стоял 5-литровый бочонок его любимого нефильтрованного пива.
Тонкими, интеллигентными пальцами Алексей Яблоков раскладывал вокруг бочонка закатно-розовых, как фламинго, креветок.

Через пять минут все было готово. Креветки доверчиво смотрели на главного редактора снизу вверх большими черными глазами.
Алексей Яблоков слегка нахмурился.

- Членистоногия, - проговорил он, - я не стану читать вам лекции и докучать моралью. Мне этого, слава богу - слава богу! - хватает и в собственной редакции. Я просто хочу, чтобы вы знали. Сегодня, о членистоногия, день Святого Валентина. Это день, когда все друг друга любят. Даже те, кто никогда никого раньше не любил. Как сказал поэт, - тут главный редактор журнала Men's Health слегка икнул, - завтра познает любовь тот, кто... в общем, вы поняли.

Креветки послушно промолчали.

- И самое главное! - поднял палец Алексей Яблоков. - Любовь - это высшее чувство. Можно даже сказать, что любовь - это особого рода искусство. Я люблю вас, членистоногия. Но вся беда в том, что любовь всегда требует жертв. С праздником!
С этими словами главный редактор журнала Men's Health принялся методично отрывать креветкам головы и сдирать панцири с бесчувственных розовых тел.

Через полтора часа бочонок был почти пуст. Креветки исчезли - на столе остались только маленькие розовые головы с широко распахнутыми глазами и груда панцирной шелухи. По лицу Алексея Яблокова катились слезы.
- Ведь я любил их, - шептал он, - о, как я их любил...